Плыли они изделека. Как рыбы – по серой с розовым отливом воде. Прошло много лет, чтобы чувствовать реальность происходящего. Две рыбы в розовато-серой воде, два обломка Громкого Берега.
Они молчали, так и не назвавшись друг другу. Зачем рыбе имя? Это правда. Рыба жива не именем. Она плывёт, исполняя своё предназначение в природе. Счастье ли это? Нет, но оно и не нужно проплывающим по жизни рыбам.
Двое в розово-серой воде не испытывали стыда и страха. Громкий Берег остался далеко там, куда нет возврата. Ночь превращалась в день, день растворялся во мгле – странные рыбы не оставляли движения. Кассиопея благословляла их путь.
…Штормом рыб прибило к тому же Громкому Берегу. Морю было безразлично, а в громком населении даже не заметили минутного отсутствия этих двоих.